В начале своей адвокатской практики доводилось мне посещать скандально известное исправительное учреждение — колонию № 14 по УФСИН Мордовии, ту самую, где отбывала наказание так же скандально известная Надежда Толоконникова. Посещал я эту колонию в интересах своей клиентки, она же мой бывший коллега по предыдущей работе, да и просто мой друг.
Ездил я к ней исключительно в целях консультирования по режиму содержания, хотя она и сама очень хороший юрист. Ездил к ней не только я, но и мой коллега, то же адвокат и наш товарищ. Посещали ее в первый год отбытия каждые две недели, потом реже, и так два года. Зачем так часто ездили? А за тем, что синяки, если таковые будут у нее, за две недели не пройдут.
В конце декабря 2018 года, через СМИ я узнал, что начальник ИК-14 Юрий Куприянов снят с должности. В СМИ звучала информация о различных нарушениях, которые допускал Юрий Куприянов, которые все воедино означали, что в ИК-14 существует рабский труд отбывающих там наказание женщин.
Вот и решил я поделиться впечатлениями, которые до сих пор не выходят у меня из головы, во уже как пять лет.
Прежде всего, хочу отметить, что «заслуги» начальника ИК-14 Юрия Куприянова гораздо шире, чем это звучит от руководства УФСИН России, а все, что говорят в своих комментариях бывшие заключенные, которым «посчастливилось» отбывать там наказания за свои ошибки, абсолютная правда. Однако есть и другая правда, та правда, которая за колючей проволокой, правда о которой отбывающие там наказания женщины, либо не знали и не знают вообще, либо узнали лишь после своего освобождения.
И так, вот, что я собственно решил поведать.
Приехал к своей клиентке, отбывающей наказание в ИК-14, адвокат. Событие это в ИК-14 довольно редкое. Редкое потому, что для родственников осужденных, в своем большинстве, это не по карману, либо нет таких вот как я с моим коллегой товарищей. К клиентке меня кстати ее супруг возил, 500 километров это было от Саратова.
Когда въезжаешь в Зубово-Полянский район, первое впечатление – рай охотника и любителя природы, а во потом начинается ад. От трассы М-5 до поселка Парцы, где колония находится, 40 километров и тюрьмы повсюду, справа, слева. Люди, которые там живут, ну простые люди, все в форме УФСИНовской ходят. Дети и те в кирзовых сапогах, в бушлатах и с ранцем на плечах в школы топают.
Первые несколько посещений не удивляли меня. Может быть, тогда еще Куприянов не был начальником, может только-только в должность вступил. Но выглядело это так, что приехали мы к ИК-14, сдали «специальной» девушке-прапорщику заявление и ордер, сели на лавочку или в комнату для посетителей и ждем. Прапорщик все оформляла сама, ну где то через часок все готово – заходите, общайтесь.
А вот потом началось, что то непонятное, с чем мне больше нигде не доводилось встречаться. Правила поменялись, не то, что до наоборот, а вообще как будто на другую планету прилетел. Девушка-прапорщик больше не общалась с прибывшими адвокатами, все надо было делать самому.
И так, что бы пройти к своему клиенту, адвокату стало нужно (по порядку):
- Каждый раз выписывать ордер (ну да ладно);
- Написать этому Куприянову, нет, не требование, а просьбу (просить его оказывается адвокату надо);
- Потом надо найти этого Куприянова (ни разу у меня найти его по приезду не получалось, то он уехал куда-то, то на территорию ему срочно надо);
- После того как Куприянов появлялся в поле зрения, нужно ухитриться попасть в административное здание (то есть там на вахте кто то, то нет никого);
- Отстоять возле его кабинета Куприянова, зайти (это если он не занят) и подать ему «челобитную», тот с важным видом смотрит на нее и говорит таки: «не возражаю», и то же пишет на самом заявлении);
- Далее, с этой визой Куприянова идешь в канцелярию и берешь бланк пропуска и с ним в спецчасть (зачем я так и не понял, никто ничего не спрашивает, никуда не звонит, документы не проверяет) и подписываешь у них;
- Опять ждешь Куприянова (он пропуск то же подписывает). Никто из заместителей Куприянова не имеет права подписывать пропуска адвокатам! А Куприянова все нет и нет, ну и как дождался его милости, опять в канцелярию (они на пропуск печать ставят).
И ……. НАКОНЕЦ на КПП ……. УРА!!! Я сделал это!
А там либо обед, либо этап подоспел и опять ждешь… Да, все это ожидание надо производить на улице! По хрену им мороз там или дождь.
А Куприянова пропустить (не поймать) — значит напрасно съездил, гостиниц там я не видел в радиусе километров двухсот. И это было при ЛЮБОМ посещении!
Вот так я познакомился с доблестным и бдительным Юрием Куприяновым.
К чему все это я? Желаю ли я возмездия Юрию Куприянову? Нет, конечно.
Пенитенциарная система России, нет, не сгнила, как считают многие, она всегда была гнилой. Человек, волею судьбы оказавшейся в «местах не столь отдаленных», с точки зрения пенитенциарной системы России, перестает быть человеком. У такого человека нет прав, вообще никаких прав.
Не пора ли задуматься нашему законодателю о том, что и «там» в своем большинстве люди. Желание же людей оказавшихся под следствием, как это квалифицируют суды «уйти от ответственности», абсолютно не говорит о том, что у таких людей есть непреодолимое желание «продолжать наслаждаться» преступной жизнью на воле. Просто, в своем большинстве, подследственные не хотят превращаться из человека в раба, в ничтожество. Суды же за такое желание накидывают годика два.
Все печально на самом деле.
На мой взгляд, Юрию Куприянову надо сказать просто правду, а наказал он себя уже сам и выкручиваться будет как никто другой, потому что, во-первых: не хочет превращаться в раба, а во-вторых: кому как не ему известно, что такое быть рабом!
Покайся, Иваныч (читай Владимирович)! Тебе скидка выйдет!
Ваши голоса очень важны и позволяют выявлять действительно полезные материалы, интересные широкому кругу профессионалов. При этом бесполезные или откровенно рекламные тексты будут скрываться от посетителей и поисковых систем (Яндекс, Google и т.п.).
Пока нет комментариев
Дорого, но зато качественно. Все встречи и консультации, в т.ч. дистанционные только по предварительной записи.
